С сентенциями Конфуция, ставшего главным морально-этическим камертоном Китая, можно познакомиться, прочтя сборник «Лунь Юй». В этом сборнике, известном в русской культуре под названием «Беседы и суждения», приводятся советы этого мудреца, его суждения о жизни и людях. «Лунь Юй» — один из главных конфуцианских трактатов. Он был составлен учениками мудреца уже после кончины Конфуция.
Начиная с XII века в Китае изучение «Бесед и суждений» стало обязательным для сдачи государственных экзаменов. Претендующим на государственные должности это сочинение требовалось учить наизусть, ведь Конфуций требовал неукоснительно соблюдать существующие в обществе законы и правила. Однако он не только проповедовал определенные морально-этические принципы, но и жил по ним. Эту мощную человеческую фигуру, которая, уходя в прошлое, с каждым веком китайской истории становилась все более масштабной, можно сравнить с библейским Моисеем.
В 1687 году сборник «Лунь Юй», написанный на древнекитайском языке, был переведен на латынь группой иезуитских монахов, которые в то время имели много миссий в Китае. Таким образом европейцы впервые познакомились с фигурой Конфуция и начали постепенно осознавать масштаб его посмертного влияния на китайскую цивилизацию.
Тексты «Бесед и суждений» традиционно разбиты на двадцать глав, названных первым встречающимся в них выражением. В данном издании каждая сентенция дана в альтернативных переводах двух крупнейший российских китаистов XIX века, членов-корреспондентов Академии Наук.
Первый из них, Василий Павлович Васильев, блестяще окончил историко-филологический факультет Казанского университета, а затем был направлен в Пекин, где прожил более девяти лет, изучая санскрит, китайский, тибетский, монгольский и маньчжурский языки. В результате к концу XIX века он стал крупнейшим отечественным востоковедом.
Второй, Павел Степанович Попов, перевел «Лунь Юй» на русский язык несколько позже своего коллеги. Он окончил факультет восточных языков Санкт-Петербургского университета, а потом долго работал в составе дипломатической миссии в Пекине, переводя сочинения древнекитайских философов, и также стал крупнейшим российским китаистом своего времени. Он составил фундаментальный русско-китайский словарь, выдержавший не одно издание. Его перевод «Бесед и суждений» отличается точностью, выразительностью и близостью к оригиналу.
В книге приведены также оригинальные иероглифические тексты первоисточника, подробные комментарии П. С. Попова к каждой сентенции.
